В НОМЕРЕ

Тоска по справедливости и ростки надежды

«Он не думал о будущем как о возможности какого-то достигнутого, заработанного счастья. Он ненавидел всю бессмысленно навязанную его родине смерть. Он почти не боялся себя — понимал, что внутри него зверь, но пока что придавленный любящим сердцем…» Завершение публикации романа Сергея Самсонова «Держаться за землю» — романа о войне на Донбассе, об истории с открытым концом.

Судьба месье Вальдемара

Знаменитый бактериолог, ученик Ильи Мечникова, создатель первых вакцин против чумы и холеры Владимир Хавкин — самый, по словам Чехова, неизвестный человек в России — герой «вольных фантазий» Давида Маркиша «Махатма». Он уверен: не смертельная охота террористки Веры Фигнер на царя, а борьба Луи Пастера со смертью исправит мир и сделает его добрей.

«Он — это я»

«Захотелось обхватить голову руками, как в кино, и воскликнуть: “Что же я натворил?!” Захотелось закрыть глаза и чтобы все исчезло». События в романе Александра Снегирёва «Призрачная дорога» мы видим дважды: сначала — как они происходят в реальности, потом — преображенные творческой фантазией героя и обросшие кино- и литературными аллюзиями.

Жизненный транзит

Кому-то покажется неожиданным и интересным, что городская лирика Ганны Шевченко напитана фастфудом будней и «уготована прозе», а кому-то окажется ближе приподнятая над бытом философская поэзия Сергея Попова и ироничный взгляд Сергея Белорусца: «Человек неразумный. Так зовется наш вид».
Студия сравнительного поэтического перевода «Шкереберть» предлагает новые переводы на русский и белорусский языки новые переводы классика украинской литературы XX века Бориса Олейника, сделанные современными поэтами
Натальей БЕЛЬЧЕНКО,
Германом ВЛАСОВЫМ,
Ингой КУЗНЕЦОВОЙ,
Яной-Марией КУРМАНГАЛИНОЙ,
Татьяной СВЕТАШЁВОЙ,
Ольгой СУЛЬЧИНСКОЙ,
Алесем ДОЛГОТОВИЧЕМ.

Впервые на русском языке — стихи армянского поэта Мовсеса Яхшунца в переводе Георгия Кубатьяна.

«Население» и «общество»

В чем разница между этими понятиями и как в России на протяжении двух предыдущих и нынешнего веков идет переход от первого ко второму, размышляет в своей статье политолог и этнограф Эмиль Паин.

Вечные вопросы

«Что означают вопросы о человеке в бесконечности времен, отчего важна нам эта странная вещь, определяемая словом “вечность”?» — размышляют писатель Геннадий Прашкевич и философ Алексей Буров в эссе «О знании, непостижимом разумом».