В НОМЕРЕ

«Жили-были в годы войны два лётчика…»

1943 год, над бескрайними просторами Аляски из кабины самолета, который наши перегоняют по лендлизу в СССР, выпал штурман. В его поисках соревнуются разведки двух стран. По уверению Ильи Бояшова, в основе его детективной истории с загадочным названием «Бансу» лежат реальные события.

Есть ли жизнь на свалке?

«Ну чего ты там еще придумал, милок, подумала она утомленно. Что может придумать серая скучная перхоть без особых примет, достоинств и амбиций? Он смог — и придумать, и сделать то, что все изменило». Герой романа Шамиля Идиатуллина «Бывшая Ленина» находит действенный способ спасти город, ставший мусорным полигоном, и забыть про кризис среднего возраста.

Разговор, светоговорильня, поле-небо…

«В глубину безъязычья нырять» — такова тонкая, с теплой доверительной интонацией лирика Сергея Пагына:

Будет день неподвижен и кроток
над глубоким молчанием вод.
В небе осени вдруг зимородок 
синей искрой вдали промелькнёт

над увядшей травой приозёрной
и сухими ветвями ракит,
над ветлою, кривою и чёрной,
что как крик омертвевший стоит.

Пролетит над земною он дрёмой,
сев на сук, ненадолго замрёт,
и стремительно в жуть водоёма,
словно в смерть ледяную, нырнёт.

И появится вновь, и плотвица,
плавниками бия и  дрожа,
будет в клюве его серебриться… 
И моя встрепенётся душа.

Ведь и ей надо в смертную стужу,
в глубину безъязычья нырять,
и серебряный трепет наружу,
в неизбежную жизнь извлекать.

Поэзию Сергея Золотарёва отличает плотная метафорика и афористичность: «У боли имеется радиус. У счастья — овал лица»:

Кому свищу я, отщепенец плётки,
вонзившийся в терзаемую плоть
Спасителя; любимой хлебной водки
отрезанный ломоть?

Во сне своём, бессмысленном и тонком —
как пищевая плёнка без еды,
я плаваю пластмассовым утёнком
в корыте из воды.

Хозяйственного мыла переправа.
Помилуй меня, Господи, намыль
ребёнку шею из моей дырявой
плавучести и сдай её в утиль!

В стихах Евгения Каминского — следование традиции «петербургской» школы поэзии, а дебютная подборка Элины Суховой напоминает картинки с выставки наивной живописи.

Не стреляйте в белых лебедей!

«— Здесь лебедей не бьют.
— Почему?
— Потому что — красота.
— Ерунда. На Руси лебедя на стол испокон века подавали».
Герои рассказа Павла Крусанова «Катеньки, лебеди и Везувий» будто перенеслись в наши дни со страниц тургеневских «Записок охотника».

Тяжесть времени

«Дневник нужен как исповедь. Хоть и он не может быть до конца честным, но все же от него заводится и крепнет тот сокровенный мир, который много о себе дает понять и очень многое — что мне и нужно — дает в себе хорошего утвердить». Два десятка лет, порубежье веков, Россия, история, литература, семья, жизнь души… Олег Павлов откровенен: «Пока не буду писать — не буду жить».

«Книги учат нас мечтать, а главное — фантазировать»

Наши постоянные авторы — белгородские школьники — рассказывают о том, что сегодня читают подростки, какие темы их волнуют и чего им не хватает в книгах об их ровесниках.